; ; ; ;

Верность стилю

Один из самых известных на Западе российских дизайнеров, успешный бизнесмен, диджей и неутомимый тусовщик, провокатор и хулиган, втиснувший между элегантными бутиками Hermès и Louis Vuitton в Столешникове переулке расписанный под хохлому черный прямоугольник культового Denis Simachev Shop & Bar. Денис Симачев рассказал нам о том, откуда у дизайнеров пошла мода на «лихие 90-е», что общего у бренда Simachev и Джанни Версаче и как он чувствует себя за рулем любимого Geländewagen.

У вас так много ипостасей и амплуа. Кем вы сейчас себя ощущаете в первую очередь: дизайнером, бизнесменом, владельцем баров и ресторанов? Какое направление своей деятельности считаете более успешным? Что у вас сейчас в приоритете?

Вокруг моего имени много всяких слухов, но я все-таки считаю себя художником, дизайнером, человеком, который может придумывать что-то новое, улучшать то, что нас окружает, и делать мир более красивым. Я по-прежнему в основном занимаюсь одеждой и готовлю к выходу новую коллекцию. Все строится вокруг дизайна.

Denis Simachev Shop & Bar в этом году исполнилось 10 лет. Как изменилась атмосфера бара за это время? Музыкальная политика? Клиенты те же, и они «взрослеют» и «стареют» вместе с баром? Или все время появляются новые лица?

Как ни странно, за 10 лет бар совсем не изменился. Возможно, именно это позволило ему так долго жить и процветать. И в интерьере, и в меню, и в концепции ночной жизни, и в том, что касается диджеев, – все осталось таким же, как было задумано 12 лет назад (2 года ушло у меня на то, чтобы его построить). И публика не поменялась, просто это уже четвертое поколение тусовщиков, и каждый раз происходит обновление за счет молодых ребят. Жизнь продолжается. Лица новые, но я ощущаю ту же энергетику.

Бар вам самому не поднадоел за это время?

Совсем нет. Только что оттуда приехал. Стараюсь проводить в нем как можно больше времени. Если есть возможность находиться не на производстве, а в офисе, я всегда там.

Как бы вы охарактеризовали то, что сейчас происходит в русской моде, как она развивается? Кто из современных дизайнеров вам нравится?

В современной российской моде дизайнеры находятся в активном поиске. Мне больше нравятся те, кого я считаю своими учителями, – Нино Черутти, Джанни Версаче, Дирка Биккембергса. С Черутти мы дружим, это великий человек, он многому меня научил. А за Версаче я очень долго наблюдал и выстраивал свой бренд по его схеме. Только он опирался на Римскую империю, а я – на Советский Союз.

Московское агентство Lumpen выпускает на мировые подиумы людей, напоминающих неблагополучных подростков из Бирюлева. Русские дизайнеры эксплуатируют стиль «лихих 90-х», эстетику окраин и ностальгию по вещевым рынкам (все эти толстовки Russian Mafia в стиле «гопник в Париже», простецкие майки, обвисшие спортивные штаны), и это вдруг очень дорого стоит и нравится знаменитостям – от Рианны до Канье Уэста. Можно ли это назвать «новой роскошью»? Применимо ли вообще понятие роскоши к тому, что сейчас делает Гоша Рубчинский, Демна Гвасалия? Как само понятие роскоши трансформируется со временем?

Чтобы понять, что они делают, достаточно посмотреть на мои коллекции начиная с 2001 года. В них есть основа этого нового русского стиля с отголосками советского дизайна. Наконец эта волна докатилась до масс, и теперь она больше в тренде, чем что-то новаторское, неожиданное, в отличие от того времени, когда я начинал.

Бренд Denis Simachev – это роскошь?

Думаю, с тем количеством контрафакта, который окружает бренд Simachev, уже трудно говорить о роскоши. Но на контрасте это как раз может произойти в нынешнем сезоне, когда я представлю коллекцию с элементами люкса в одежде, особенно мужской.

Есть ощущение, что мода в последнее время становится более ироничной и хулиганистой, легализуя то, что раньше считалось дурным вкусом, например, ношение носков с сандалиями (теперь это и на показах Versace, и у Prada, и на витринах Louis Vuitton), неожиданные цветовые сочетания, моделей с нестандартной внешностью. Вам как человеку, который тоже ворвался в мир моды по-хулигански – с олимпийками СССР, футболками с Путиным в розочках и хохломой, – насколько это близко? Или мода так устроена, что это всегда про поиск нового и разрыв шаблона?

Это все мой стиль, который я и пропагандировал. И продолжаю это делать уже более 10 лет. Мне интересно немного опережать события. Быть актуальным сегодня для художника скучно. Надо быть первым, пионером, прокладывать дорогу, рассказывать, что будет модно через пять, семь лет, о чем будут говорить. В 2008 году я сделал коллекцию «15 братских республик», заявляя о том, что Россия будет объединяться в одну большую страну, как бывший СССР. Тогда это звучало очень помпезно и смешно, все улыбались. А сейчас, с началом событий на Украине, когда мир стал потихоньку меняться, все это уже не смешно. Как художник я мог себе позволить заявлять какие-то нелепые вещи и даже трансформировать их в изделия. Советская символика, орнаменты, гербы, которые я делал и до распада Советского Союза, и после, опередили моду лет на семь. Сейчас это нормально и в тенденциях сегодняшнего дня. А мне интересно заглядывать в будущее и придумывать концепции, которые окажутся актуальными через какое-то время.

Ожидали ли вы, что так быстро добьетесь успеха, а спрос на футболки с Путиным станет таким стабильным, что их невозможно будет снять с производства? Насколько сильно вы пострадали от подделок?

Я ожидал и планировал этот успех, но ошибся, думая, что на раскрутку потребуется пять лет. Получилось быстрее: за три года мы вышли на вполне приличный уровень. И как раз за счет того, что я слишком быстро стартовал, контрафактчики перехватили инициативу и стали размывать понятие люкса, которое я формировал, перед тем как запустить вторую линию. Они сами сделали из моего люкса вторую линию «для народа». На постсоветском пространстве бренд Simachev стал общенародным благодаря китайцам. Не думаю, что это так уж страшно. Так жизнь распорядилась. Это, конечно, плохо для бизнеса и сильно ударило по нему – огромный объем денег ушел куда-то на сторону. Китайцы сняли сливки с той большой работы, которая была мною проделана. Однако следует делать выводы и двигаться дальше. Не думать, что все пойдет по плану. Нужно каждый год вносить корректировки.

Имей вы шанс обратиться к самому себе времен «нулевых», что бы вы посоветовали Денису Симачеву, только начинающему свой бизнес?

Не торопиться. Не перескакивать через головы. А в том, что касается личной жизни, я бы ничего не менял, меня все устраивает.

В интервью GQ вы говорили о том, что анализируете события в стране, в мире и, как зеркало, отражаете происходящее, создавая из этого вещь. Какое событие сейчас могло бы лечь в основу новой коллекции?

Так и есть. Коллекция, которой я сейчас занимаюсь, – мое предвидение будущего, та картинка, какая нас, как мне кажется, ждет. Рассказывать о концепции коллекции сейчас тяжело, лучше ее просто увидеть живьем. Думаю, она появится этой осенью на Неделе моды в Нью-Йорке.

Вы постоянно говорите о том, что дизайнер – это команда, которая сидит и работает в то время, пока он в основном выделывается, ходит везде и надувает щеки.

Не в буквальном смысле. Имеется в виду, что для общественности значимость дизайнера сильно преувеличена. Понятно, что он несет ответственность и на нем финальные решения, но остальные вопросы решает команда. Дизайнер просто набирается смелости заявить, что «мы все это сделаем». И громче всех об этом говорит.

Но идеи-то ваши?

В основном да. Я генерирую идеи и задаю направление. И выбираю из огромного количества вариантов тот, что окажется самым правильным, на который будет сделана ставка. Главная задача – мыслить не сегодняшними категориями, а тем, что будет актуально через два-три года. Для этого нужно анализировать состояние общества: социальное, экономическое, климатическое, геополитическое. Мысленно сводить все в одну таблицу и понимать, что через три года окажется для людей самым важным.

Вы себя в публичном пространстве ведете довольно загадочно: отказываетесь давать интервью и исчезаете с радаров, оборудуете в своих заведениях целые тайные комнаты, мечтаете, чтобы от вас все отстали, и в то же время ведете бурную светскую жизнь и делаете лучшие в Москве вечеринки. Недавно вот в шоу «Тайный миллионер» мистифицировали публику своим внезапным исчезновением. Интриги и провокации – это часть имиджа, фирменного стиля Denis Simachev?

Наверное, я как художник могу себе позволить быть немножко странным. Любая загадка, любые вопросы – это пиар, интерес к личности и бренду. Все работает в плюс.

Почему вы выбрали Mercedes-Benz? Что вас связывает с этой маркой? Какой у вас автомобиль? Какие эмоции он у вас вызывает?

В Mercedes-Benz мне нравится сам факт наличия этого бренда. Очень важного, мощного, структурного. Локомотива, за которым движутся все остальные. Не вся линейка Mercedes отвечает моим эстетическим запросам, но какие-то из них – это классика, то, что мне очень близко. Например, Geländewagen. Люблю его именно за «олдскульность». Он не меняется, но остается крутым и классным. Для ежедневных разъездов достаточно и седана, а вот для загородных поездок, охоты нет ничего лучше Geländewagen.

Вы опытный водитель? Получается ли на автомобиле путешествовать, выезжать куда-то далеко?

Водительский стаж у меня большой, с 1990-х. Ездил абсолютно на всем. Сейчас с тем количеством проектов, которые мне приходится вести, ничего не успеваю: или летаю самолетом, или сижу в Москве. На автомобиле передвигаюсь не так уж часто. Тем ярче запоминаются загородные поездки – редкие моменты, когда я за рулем, вне города, вне привычных стен.

С точки зрения дизайнера, что делает G-Класс роскошным автомобилем? Что вам в нем больше всего нравится?

Мне нравится, что с 1990-х ничего не поменялось. В этом есть стабильность. Это очень мужская машина. На 100%. Хотя сейчас огромное количество девушек пересели на Geländewagen. Как мне кажется, это немного размывает имидж автомобиля. С другой стороны, понятно: они пытаются спрятаться за эту силу и красоту, чтобы выглядеть круче и интереснее и, может, говорить всем что-то вроде: «Эй, это автомобиль моего парня, боксера». А мне Geländewagen нравится именно по своей стилистике. Я чувствую себя классно за рулем и горжусь тем, что имею какое-то отношение к этой машине.