; ; ; ;

Старт дает Москва

35 лет назад отношения Mercedes-Benz с нашей страной поднялись на олимпийскую высоту. Марка стала партнером московской Олимпиады-80.

Пожалуй, это были самые необычные Олимпийские игры в новейшей истории. Право провести их Москва отобрала у Лос‐Анджелеса 39 голосами членов Международного олимпийского комитета против 20. Впервые Играм предстояло пройти не просто в социалистической стране, а в главной из них – СССР. Хлесткая пощечина американцам в разгар холодной войны. Вскоре им представился отличный повод отыграться – советские войска вошли в Афганистан. США немедленно объявили Олимпиаде‐80 бойкот. И даже провели в Филадельфии альтернативные игры Liberty Bell Classic, где участвовали спортсмены из 29 стран.

Москвичи постарше вспоминают о летних Олимпийских играх 1980 года с особой теплотой. Молодежи непонятно. Сегодня наша столица мало в чем уступает крупным городам. 35 лет назад все было иначе. Эти две недели, с 19 июля по 3 августа 1980 года, запечатлелись в памяти не столько яркими спортивными достижениями, сколько диковинными переменами в быту. Вспоминая те дни, невольно и сегодня хочется отогнать рукой олимпийские миражи. В городе внезапно стало чисто. Исчезли очереди в магазинах, а их полки запестрели невиданным разнообразием. Милиционеры в белоснежных кителях демонстрировали чудеса предупредительности. В вагонах метро станции объявляли на английском: «Mind the doors, next stop Oktyabrskaya!.. Novokuznetskaya, transway to Gorkovsko‐Zamoskvoretskaya line...» Конечно, все восхищались триумфом гимнаста Александра Дитятина и пловца Владимира Сальникова. Но гораздо сильнее впечатляло отсутствие ошалевших от столичного ритма иногородних – болезненная для каждого москвича тема. Все знали, что на время Олимпиады город закрыли, выселили на 101‐й километр алкоголиков и дебоширов, настоятельно рекомендовали родителям отправить детей в пионерские лагеря. Все понимали, что такое не продлится вечно. И упивались этой сказкой, словно оранжевой шипучкой Fanta из невиданных пластиковых стаканчиков. А скольких мальчиков тогда назвали Мишами в честь главного символа Игр!

Престиж страны

«Еще до старта далеко‐далеко‐далеко‐о, но проснулась Москва!» – пел с неуловимым западным шиком эстонский рокер Тынис Мяги. Устроителям Олимпиады‐80 пришлось провести поистине титаническую работу. Москва будто действительно пробудилась от спячки за железным занавесом. Сегодня это непостижимо, но до 1980 года в СССР не было ни одного аэропорта международного уровня! Внезапно обнаружилась нехватка всего – от одноразовой посуды и кроссовок до коммутаторов международной связи. Меж тем на карту был поставлен престиж державы. Готовясь к Играм, мы закупали лучшее – 84 зарубежные фирмы получили статус официального поставщика XXII летней Олимпиады в Москве. Первой, в августе 1976 года, его удостоилась компания Adidas. А в октябре 1978‐го этот почетный титул был присвоен концерну Daimler‐Benz. Контракт между Олимпийским комитетом СССР и немецкой компанией произвел сенсацию. Церемония подписания в ноябре 1978 года освещалась германским и советским телевидением. Торжественный обед по такому случаю давали в ресторане гостиницы «Прага» от имени председателя исполкома Моссовета Владимира Федоровича Промыслова и бургомистра Штутгарта Манфреда Роммеля. Как вспоминал руководитель отдела продаж Daimler‐Benz господин Хайнц Хоппе, гостей подвозили на доставленных по такому случаю в Москву бронированном лимузине Mercedes‐Benz 600 и двух бронированных Mercedes‐Benz 380 SE. Даже его превосходительство посол ФРГ Ханс‐Георг Вик был поражен количеством и составом приглашенных.

Безвозмездный дар

Это была вершина долгой и последовательной работы. О ее важности можно судить по тому, что она находилась под контролем Центрального комитета КПСС. Докладывая в ЦК о ходе подготовки Игр, председатель оргкомитета Олимпиады‐80 Игнатий Трофимович Новиков особо выделял предложение концерна Daimler‐Benz AG из ФРГ как «наиболее интересное и крупное по объему». Подчеркивалось, что речь идет о транспортных средствах специального назначения, которые отечественная промышленность не производит. Предложение включало безвозмездную передачу в дар оргкомитету 15 автомашин (кроме уже полученных по спецназначению двух автомобилей):

• 5 специальных микроавтобусов Mercedes‐Benz O 309 ((T2) для судейства на велогонках, марафоне и соревнованиях по спортивной ходьбе);
• 6 специализированных автомобилей (мусоровозов, илососов, скорой помощи);
• 3 легковых Mercedes‐Benz 280S (W123);
• 1 легкового удлиненного Mercedes‐Benz 250 (W123).

На условиях бесплатной аренды сроком до 12 месяцев передавались еще 18 единиц техники:
• 10 микроавтобусов Mercedes‐Benz O 309;
• 6 легковых Mercedes‐Benz 280S;
• 2 легковых удлиненных Mercedes‐Benz 250.

Взнос Daimler‐Benz AG в олимпийское движение составил, таким образом, 1 250 000 немецких марок. Кроме того, представители германской стороны предложили организовать техническое обслуживание автомобилей на дорогах, открытых для международного сообщения: Москва – Брест и Москва – Киев – Чоп. Всего речь шла об 11 станциях техобслуживания. Инициативу концерна одобрили в ЦК КПСС 6 февраля 1978 года. По договоренности с «Автоэкспортом» на время Игр Daimler‐Benz AG взял на себя обязательства генерального поставщика запасных частей для автомобилей всех иностранных марок.

Искренняя любовь партии

Особое отношение к марке Mercedes‐Benz в СССР складывалось в том числе и благодаря личным пристрастиям генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева. Хайнц Хоппе вспоминал, как в январе 1978 года передавал через министра внутренних дел Николая Анисимовича Щелокова ключи от очередного Mercedes‐Benz для Брежнева. Увидев на брелоке изображения Карла Бенца и Готлиба Даймлера, Щелоков пошутил: «Это Маркс и Энгельс?» В ответ руководитель отдела продаж Daimler‐Benz AG получил в подарок двустволку с выгравированными инициалами. Хайнц Хоппе так и вышел из здания Министерства внутренних дел с ружьем на плече, чем немало шокировал прохожих. Бизнес в любой стране и в любое время, как мы знаем, строится на личных связях. Немецкий автоконцерн участвовал едва ли не во всех торгово‐промышленных выставках, проводимых в то время в СССР. «Холод‐78», «Сельхозтехника‐78», «Авторемонт‐78», «Аэропорт‐79», «Техника охраны порядка‐79»... Незадолго до олимпийских стартов представительство Daimler‐Benz AG во главе с господином Лотаром Гляйтце обзавелось полноценной штаб‐квартирой в Москве, возле станции метро «Университет». Этот офис предназначался для приемов важных гостей в дни проведения Игр, однако из‐за американского бойкота планы пришлось сместить на осень. Бойкот Олимпиады‐80, поддержанный правительством Западной Германии и Национальным олимпийским комитетом ФРГ, не повлиял на выполнение договоренностей большинством германских партнеров XXII летних Олимпийских игр 1980 года. Эти марки знакомы нам и сегодня: Adidas и Linde, Siemens и Wella и, разумеется, Mercedes‐Benz.

Странное время

То были, наверное, самые необычные Олимпийские игры, и их сопровождали не менее странные события... Будущий глашатай эстонской «поющей революции» Тынис Мяги провел Олимпиаду не в Таллине (помимо Москвы олимпийские старты проходили еще в эстонской столице, Ленинграде, Киеве и Минске), а в Москве и вместе со многими провожал в последний путь Владимира Высоцкого. А на широкие экраны столицы вышел первый советский фильм‐катастрофа «Экипаж» с первой же советской эротической сценой. Что обсуждалось ничуть не меньше спортивных достижений и проводов Высоцкого. А потом улетел Мишка, и его провожали словно самого близкого человека на свете. Сказка закончилась.